Чтобы люди помнили…

14.07.2017 09:00
Июль 1941 года, окраина города Ярцево. Немецкий мотоциклист осматривает брошенный экранированный танк КВ-1 из состава 101-й танковой дивизии.

Июль 1941 года, окраина города Ярцево. Немецкий мотоциклист осматривает брошенный экранированный танк КВ-1 из состава 101-й танковой дивизии.

На прошлой неделе в областной администрации обсуждали интересную идею — предполагается установить вдоль дорог федерального и местного значения информационные стенды, на которых размещалась бы информация о героических событиях, произошедших в конкретных местах. Это совместный проект администрации Смоленской области и Российского военно-исторического общества.

ДЕЙСТВИТЕЛЬНО — в других регионах такие стенды давно уже есть и ежедневно тысячи людей, проезжая мимо того или иного памятного места, могут прочитать, какое историческое событие здесь произошло. Это позволит людям лучше узнать историю своей страны, своей малой родины, а нашему региону даст хорошую возможность рассказать о героических страницах своего прошлого.

Начинать предполагается с федеральной трассы М1 «Беларусь». Ещё в мае этого года с такой идеей выступал губернатор Алексей Островский. Он обратился в министерство культуры и в военно-историческое общество с просьбой рассмотреть вопрос о размещении таких знаков, отметив, что героическая Смоленская земля имеет в своей истории немало примеров беспрецедентного мужества и храбрости, многие из которых незаслуженно забыты.

Именно на этом — на незаслуженно забытых подвигах — и стоит остановиться.

ЯРЦЕВО давно и пока безуспешно борется за право носить почётное звание «Город воинской славы». Действительно: 81-дневная оборона Ярцевских рубежей летом 1941 года, которая сыграла ключевую роль в провале гитлеровской доктрины «блицкрига», оказалась отодвинута на второй план, в забвение. Это произошло по многим причинам, которые заслуживают целой диссертации.

Далеко не всем советским военачальникам понравилась бы правда о Смоленском сражении. Была «официальная» история войны, которая за десятилетия вошла во все мемуары и учебники, но которая при этом «прилизана и идеологически выдержана» настолько, что имеет весьма опосредованное отношение к действительности.

В этой «официальной» истории много белых пятен, много нестыковок, но пересматривать её до сих пор многим невыгодно — тут уже дело в политике. Кому понравится, например, такой факт, что «рождение Советской гвардии под Ельней» — это было событие, которого в масштабах фронта почти не заметили, потому что немцы отвели свои войска и Жуков занял фактически пустую Ельню? Кому понравится углубляться в детали присвоения звания «Город воинской славы» Вязьме, которая известна как лобное место нашей армии с её катастрофическим окружением? Кому понравится пересматривать присвоение звания городу Коврову, где войны не было вообще, а звание он получил за находящийся там оружейный завод?

Иной читатель может возразить — мол, не надо умалять заслуги других городов. А никто и не умаляет их заслуг, у нас по большему счёту вся Европейская часть России — сплошное место воинской славы. Дело не в степени их заслуг, а в том, что на их фоне Ярцево с его трёхмесячной страшной обороной вдвойне, втройне заслуживает этого звания.

НАЧИНАТЬ нужно с малого. С конкретных мероприятий, которые откроют забытый подвиг. Сейчас наша газета активно участвует в новом проекте, который как раз и посвящён неизвестным страницам обороны Ярцева. Это съёмки документального цикла, которые проводит телерадиокомпания «Пионер-ТВ» совместно в местной организацией ветеранов Вооружённых сил. Подняты сотни новых документов, причём как наших, так и немецких. Многие документы освободились от «секретного» грифа, стали доступны сведения, которыми раньше никто не располагал — и чем больше изучаешь события под Ярцевом в июле, августе, сентябре 1941 года, тем больше становится понятен немыслимый масштаб наших потерь, полный хаос в действиях военачальников и вместе с этим — отчаянный героизм солдат и командиров, которые десятками тысяч ложились в ярцевскую землю, оставаясь безымянными, забытыми, «списанными».

В этом свете проект, который начинает областная администрация вместе с министерством культуры и Российским военно-историческим обществом, является для нас ещё одним шансом. И пусть речь идёт не о каких-то колоссальных монументах, а просто об информационных стендах — в этом нужно активно участвовать. Тем более что событий, о которых можно рассказать людям, у нас немало — каждая пядь ярцевской земли, пропитанной кровью, может свидетельствовать о многом…

ОДИН ИЗ ТАКИХ информационных стендов обязательно должен появиться на перекрёстке трассы Москва — Минск и Духовщинского шоссе, около телевышки. В этом месте произошёл первый бой под Ярцевом. Здесь насмерть стоял истребительный батальон, составленный из ярцевских рабочих, милиционеров, коммунистов и комсомольцев. Этот батальон был создан в Ярцеве уже на шестой день войны — для охраны мостов и прочих важных объектов и поимки немецких диверсантов. В него записали всех мужчин, которые могли держать в руках оружие, но ещё не были призваны на фронт. Батальон вооружили и он нёс дежурство «без отрыва от производства»: люди работали, а потом посменно выходили патрулировать окрестности. Командовал батальоном ярцевский военный комиссар майор Иван Петров — немолодой мужчина, который воевал ещё в Гражданскую. Как военный человек, он понимал важность своей роли — мало кому было известно, но за Ярцевом никаких воинских частей не было. Был беззащитен и город, и всё направление на Москву. Правда, в ту пору говорить об этом было не принято — могли обвинить в паникёрстве. Говорили, что «война — это ненадолго, немцам сейчас врежут под Смоленском и погонят обратно»…

Но в середине июля загорелся Смоленск — так, что зарево было видно из Ярцева. По всем дорогам шли беженцы и наши отступающие солдаты — грязные, оборванные, голодные. Немецкая авиация всё чаще расстреливала эти колонны и вдоль дорог лежали разлагающиеся тела, к которым постепенно привыкали. Но все знали — бои идут за Смоленском, в районе Витебска и Могилёва… Так что когда к ночи 15 июля немецкие мотоциклисты появились перед Ярцевом — это был шок. Никто не мог подумать, что война уже здесь.

Немцы активно высаживали десант — отборных диверсантов из полка «Бранденбург-800», в советской форме, вооруженных автоматами, миномётами, доставили по воздуху даже лёгкие танкетки. Такие десанты разом высадились вокруг города — на переправах, около деревни Петрово, но самый большой, свыше тысячи десантников — в районе деревни Кузьмино. И 16 июля они предприняли рывок в город…

Им навстречу и выдвинулся Ярцевский истребительный батальон. Ткачи с винтовками против вооружённого до зубов немецкого спецназа. Ярцевчане даже не знали, с кем будут биться — ведь их послали… «переловить парашютистов». И лишь когда на подходе к Пологам и Кузьмину, в районе пересечения с Духовщинским шоссе, их встретил плотный огонь из автоматов и миномётов, они поняли, что всё серьёзно. И приняли бой, который для большей части батальона стал последним.

Главное — они вырвали у противника несколько часов. В это время в тылу, восточнее Ярцева, уже были на подходе эшелоны с частями 38-й стрелковой дивизии, а 101-я танковая получила приказ двигаться в Ярцево. Но это было уже столкновение регулярных воинских соединений, то есть уже другая история. А там, на высотках на западной окраине нашего города, бойцы истребительного батальона сделали то, что могли — они погибли, но не сдали немецким диверсантам родной город без боя.

ВТОРОЙ ТАКОЙ информационный стенд должен появиться около моста через Вопь. Здесь три месяца грохотали взрывы и батальон за батальоном шли в смертельные контратаки, чтобы выиграть у вермахта ещё один день… и в итоге остановили германскую военную машину на 81 день! Здесь сражались и погибали солдаты двух советских частей: от моста в сторону города — 38-й стрелковой дивизии под командованием полковника Кириллова, а от моста в сторону Михейкова и дальше — 101-й танковой дивизии под командованием полковника Михайлова.

Их атаковали отборные части вермахта, которые до этого уже прошли победным маршем по Бельгии, Франции, Польше — 7-я танковая «дивизия-призрак» барона Ханса фон Функа и 20-я пехотная дивизия генерала Ганса Цорна. Русские и немцы непрерывно атаковали друг друга: немцы имели приказ прорвать оборону и идти к Москве, нашим дали приказ — разгромить противника и выйти к Духовщине.

И наши, и немецкие дивизии были практически уничтожены за время этого противостояния. К осени немцы отвели свои части на переформирование, так как их личный состав и техника были выбиты.

Русские держали оборону до 5 октября — держали бы дальше ценой тысяч жизней, если бы не пришёл приказ отвести войска. Дело в том, что все соседи справа и слева по фронту давно отступили на восток, а Ярцево держалось. Советская 101-я танковая была расформирована в октябре 1941 года как «погибшая», а остатки 38-й стрелковой оказалась в «Вяземском котле»…

НА ЭТОЙ НЕДЕЛЕ, в воскресенье, 16 июля исполнится 76 лет с того момента, как со стороны Духовщинского шоссе на Ярцево стали пробираться немецкие автоматчики, а им навстречу вышли бойцы истребительного батальона — наши деды, прадеды и даже уже прапрадеды.

Всё, о чём мы говорим — это не какая-то отвлечённая история из учебника. Мы ходим по тем же улицам, на которых они бились с врагом. Это та история, которую мы можем потрогать. Эта часть нашего прошлого заслуживает того, чтобы люди знали о ней и помнили тех, кто творил эту историю.

Фото из архивов вермахта

Поделиться ссылкой:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • Technorati
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок