Учительница первая моя

31.08.2018 09:00

Каждое первое сентября, отправляя в школу сначала дочь, а потом и внука, я вспоминаю свою любимую первую учительницу… мою первую учительницу — Валентину Павловну Семёнову.

ЗНАКОМСТВО

Да, именно моя, только моя учительница — так она мне сразу понравилась — молодая, красивая, хрупкая, улыбающаяся! Но улыбалась она сразу нам всем — всем тридцати ее новым ученикам-первоклашкам.

И мне сразу захотелось завоевать чуточку больше ее любви, чем мне бы досталось, если ее любовь поделить поровну на всех: на этого большеглазого мальчика с шарообразной фамилией Шандаров, на слишком красивую и нарядную Иру Кострикову, на угловатого и немного напуганного блондина Лешку Ильющенкова, на важную и «забантованную» Галю Науменкову…

Что до меня — я обладаю совершенно незапоминающийся внешностью: жиденькие волосы, «упакованные» в два «крысиных хвостика», нос с конопушками, руки в занозах, вечно сбитые коленки. Нет, такую она никогда не заметит, не полюбит! Надо срочно совершить что-либо выдающееся, что-либо неординарное, тогда меня заметят и может быть полюбят. Что?!

Судьба дает мне шанс: наша молодая красивая учительница спрашивает, кто хочет что-нибудь спеть, сплясать, прочитать — в качестве первого знакомства. Конечно, все хотят — и спеть, и станцевать, но пока нетерпеливо ерзают за своими партами и не решаются. И я пока не решаюсь, волнуюсь и покрываюсь потом … Но вот этот мальчик — то ли Кубасов, то ли Кудасов — порывается встать, и красивая нарядная Ирка уже тянет руку. Я не тяну и не пытаюсь, я срываюсь вихрем со своей парты, чтобы быть первой! Я несусь на подгибающихся ногах к учительскому столу, еще не соображая, что я буду делать. Конечно, я могу все, или почти все: я бегаю быстрее мальчишек, мастерски лазаю по деревьям, здорово дерусь, умело ловлю майских жуков… но вряд ли я смогу сейчас продемонстрировать эти мои достоинства? Выручить меня сможет только одна моя самая любимая песня, песня о любви, конечно! Это — очень популярная и прекрасная песня, точнее — песня-танец. «Летка-енка» называется. К сожалению, пою я хуже, чем лазаю по деревьям и дерусь; танцую — еще хуже, чем пою… Но это — мой шанс, мой единственный шанс! Кстати, этот случай научил меня всегда использовать свой шанс.

Но сегодня — я и пою, и танцую лучше, чем когда-либо, для этой замечательной женщины — моей первой учительницы. И она мне улыбается (только мне!), она меня благодарит, она меня уже любит! Ура!

УРОК

Нашу первую учительницу зовут очень красиво — Валентина Павловна. Это потому, что она сама очень красивая, и костюм на ней очень красивый, а в жизни все взаимосвязано, в жизни все гармонично. Об этом костюме надо написать подробнее. Мои родители — тренеры в спортивной школе. Я часто бываю там и не видела ничего прекраснее и удобнее спортивного костюма: и прыгать, и скакать в нем удобно, и фигуру подчеркивает… Но вот у моей учительницы был совсем другой костюм. Он тоже прекрасно подчеркивал ее идеальную фигуру, его насыщенный синий цвет необыкновенно гармонировал с ее теплыми карими глазами. Конечно, в нем и не попрыгаешь, и не поскачешь, но зато в нем есть одна необыкновенная деталь — красивая брошь вместо пуговицы, в самом узком месте пиджака, на талии. О, эта брошь! Я не могла оторвать от нее глаз! Я мечтала, что вырасту, выучусь на учительницу, непременно куплю себе костюм с такой же красивой брошью и буду сама красавицей… Только когда Валентина Павловна вызывала к доске «несостоявшуюся красавицу», я никак не могла быстро освободиться от своих грез, путалась, отвечала невпопад и в большинстве случаев получала противные тройки. Они были даже хуже, чем «кол» или «пара», потому что выражали нечто среднее между моим незнанием и жалостью ко мне моей любимой учительницы.

ПЕРВЫЕ РОЛИ

Я с сожалением понимала, что завоеванный мной в первый день знакомства «рейтинг» в глазах учительницы с каждым днем падал. Надо было срочно что-то делать. Во-первых — перестать смотреть на эту брошь и мечтать. Во-вторых — меньше лазить по деревьям и больше заниматься домашним заданием. В третьих… вызваться исполнять главную роль в детской постановке. Признаться, эта роль никого не прельщала, никто особенно не рвался на роль «молодой дроздихи», потому что ей наматывали на голову несколько полотенец и в этом совершенно дурацком виде она должна была весело плясать с «молодым дроздом» Вовиком Кубасовым. Вовик- симпатичный парень, хорошо учится, не дерется, поэтому плясать с ним одно удовольствие. Если… если только у тебя на голове не намотано несколько полотенец.

Этот «горшок» из полотенец и создавали у меня на голове, он во время танца перемещался мне на глаза, не давал ничего видеть. Может, и к лучшему — не видеть, как над тобой потешается весь класс. Ну ничего, я эту жуткую роль вынесла — только ради Валентины Павловны.

Много «ролей» мне было уготовано «сыграть» в жизни: роль жены, врача, матери… но я усвоила один замечательный урок: раз эта «роль» тебе дана — надо ее играть, и играть творчески.

В ПОХОД!

Ура! В поход! По местам боевой славы! Мы бы в любой поход согласились бы с удовольствием, а если еще с любимой учительницей, а если еще по местам «боевой славы» — это трижды здорово! Идем на Соловьеву переправу, с ночёвкой! Тянем на себе все, что потребуется для этой самой ночевки и суточного пропитания аж 13 километров. Через час становится тяжеловато. Через два — невыносимо тяжело. Через три — лично мне уже кажется, что я скоро умру. Душно, пыльно, жарко. Наша учительница устраивает небольшой привал в теньке, рассказывает про эту переправу… Оказывается, эта небольшая понтонная переправа была единственным мостиком, по которому пытались выйти из окружения советские войска в 1941году…

Подъем, последний марш-бросок. Нет, его совершает не щупленькая ученица 5 «Б» класса Люба, придавленная к земле рюкзаком с кастрюлями и провиантом. Этот последний марш-бросок совершает сильный и смелый боец, быть может санитар, быть может даже военврач Любовь. И нет и не может быть здесь места усталости и нытью. Вперед! На прорыв! Надо выйти из окружения, надо преодолеть эту переправу вместе со всем своим смелым «отрядом», отрядом из 5 «Б»!

Наш сегодняшний поход, наш последний марш-бросок- дань памяти тем, кто вечно остался на Соловьевой переправе охранять мирный труд, светлое небо, счастливую послевоенную жизнь. Наш отряд из 5 «Б» здесь, с вами: наш отряд помнит ваш подвиг, наш отряд чтит память о вас…

ЗАРАБОТКИ

Нам полюбились путешествия. Нам понравился «ветер перемен». Нам было все равно, куда ехать. Главное — с кем, главное, с нашей учительницей. Она, это она придумала невероятное: мы сами должны заработать деньги на путешествие! Она не только это «придумала», она еще и этого «добилась». Мы то знаем, скольких трудов ей это стоило! Ну кому были нужны такие «работнички» — не более 2 часов в день, вдали от «производственных вредностей» и прочих детских «опасностей». А школа — ей-то зачем ученики, которые вместо добросовестной зубрежки химии и решения сложных задач по математике прутся куда-то работать? Но Валентина Павловна добилась: мы, весь 5 «Б», стали «шпулемотальщицами» и «шпулемотальщиками». Что, испугались? Мы — только вначале. А поработали первые два часа — и очень даже понравилось.

Во-первых, обстановка: работаешь на серьезном и важном предприятии, Ярцевском ХБК. Во вторых, статус — ты работаешь (не учишься, не поешь, не пляшешь), делаешь серьезное большое дело. Поэтому, сколько бы не привезли нам этих шпуль — мы их всех «поразмотаем»! Пусть даже устанем, пусть даже пальцы порежем. Пусть уроки ночью доделывать придется. Но все эти шпули, такие нужные для производства ярцевских ситцев, все «поразмотаем»! В третьих — результат: мы сами заработали деньги! Мы сами! Мы — можем! Ура!

РЕВНОСТЬ

Ревность, именно ревность испытывали мы, все тридцать человек, когда у нас «забрали» нашу любимую первую учительницу. Нет, не отобрали в полном значении слова, а назначили ее завучем, а нам выделили другого классного руководителя.

Нам, конечно, назначили хорошего классного — обыкновенного, спокойного, стареющего учителя. Может, если бы у нас не было нашей Валентины Павловны- мы бы вполне этим назначением удовлетворились. Но она была нашей, раньше… и мы жутко ревновали свою уже бывшую учительницу к ее новому назначению. Сейчас я понимаю, что для молодого педагога, в одиночку воспитывающего двоих ребят, это было очень нужное назначение, очень серьезное продвижение по служебной лестнице. Но тогда никто из нас, тридцати, этого не понимал, и мы устраивали ей негласные бойкоты. Я прошу прощения от своего имени и от имени тридцати влюбленных в Вас ваших первых учеников. Это было выражением преданной детской любви к Вам, наша дорогая Валентина Павловна.

В старших классах к нам пришло понимание… А любовь к Вам, нашей первой учительнице — никогда не угасала в наших сердцах. Теперь уже мы, первые ученики, ревностно следили за Вашими успехами и радовались за Вас. И литературу полюбили вместе с Вами. И пишем грамотно благодаря Вашим стараниям донести до нас всю прелесть русского языка!

У Вас было много учеников. Много разных: успешных и не очень, талантливых и не очень, послушных и совсем-совсем не очень. Но мы уверены — нас Вы будете и помнить, и любить всегда — своих «сопливых» первоклашек 1967 года, свой первый педагогический опыт, свой неповторимый первый «Б»!

Здоровья и счастья Вам, дорогая наша Валентина Павловна!

Любовь КОЛОСОВА

Поделиться ссылкой:
  • Добавить ВКонтакте заметку об этой странице
  • Мой Мир
  • Facebook
  • Twitter
  • LiveJournal
  • В закладки Google
  • Google Buzz
  • Яндекс.Закладки
  • LinkedIn
  • Reddit
  • StumbleUpon
  • Technorati
  • del.icio.us
  • Digg
  • БобрДобр
  • MisterWong.RU
  • Memori.ru
  • МоёМесто.ru
  • Сто закладок